— А велика ль цена твоему мечу? — сказал он обидчику. — Что ж, выходи, ты — с мечом, я — с дубиной. Посмотрим, чей верх будет!

Вроде спокойно так сказал, глотку, как Колун, не надсаживал, а у самого лицо побагровело, сразу видно, что обида нанесена смертельная и смоет ее только кровь.

— Выходи, чего ждешь?

— Думаешь, напугал?

Колун выхватил меч, размахнулся, да как заорет: «У-ух!» Это у дровосеков клич был такой.

Дубина и меч скрестились, кому-то одному — либо Колуну, либо Гаки — не миновать бы смерти или тяжкой раны, если бы громкий окрик не прекратил поединка.

— Стойте, полоумные! — закричал главный охотник Зверобой.

Этот Зверобой нельзя сказать, чтобы так уж силен был или грозен с виду, зато голосище — что твоя труба.

— О чем спор-то? — продолжал Зверобой, когда Гаки с Колуном опустили оружие. — Что дровосек, что пастух — одна вам цена. Война не ваше ремесло, это дело охотников. В ход пойдут стрелы, а вы их сроду в руках не держали. Против змея людей поведет охотник!

— Верно, — поддержали его остальные охотники. — Это вам не в жмурки играть, а со змеем биться!

— В змея из лука стрелять собрались! — прыснул со смеху Колун. — Да твоими стрелами разве что блох на змее щелкать! Он весь чешуей покрыт, и что ни чешуйка — щит! Понимаешь ты это, чурбан неотесанный? Ее пробить только топору под силу. А потому поведет дружину дровосек !

— Верно! Верно! — поддержали своего вожака дровосеки.

— Нет, неверно! Не дровосеки пойдут на змея, а пастухи! — стояли на своем пастухи.

— Охотники — ко мне! Подальше от этого сброда! — снова закричал Зверобой и стал продираться сквозь толпу.

— Это мы-то сброд?! Мы?! Как сейчас тюкну топором по башке, тогда узнаешь, кто сброд!

Один из дровосеков бросился за Зверобоем, но охотники выхватили ножи и преградили ему дорогу. Между охотниками и дровосеками началась потасовка, пастухи тоже ввязались в драку, замахали своими пастушьими посохами, и пошло — ножи лязгают, топоры скрежещут, дубины трещат. И такой галдеж поднялся!